Горе тому, кто любил только тела, формы, видимость! Смерть отнимет у него все. Учитесь любить Души, и вы найдете их вновь. ( Восточная мудрость).

-Ты проткнул меня сегодня. Прямо посредине грудной клетки,- начала свой рассказ Лиза, - Там, где ребра соединяются. В процессе, пока замахивался, своим движением передал мне свою боль, отчаяние, злость. Только часть, конечно. Еще много осталось. Но дело не в этом. Ты не хочешь пока в воду. Не хочешь освобождения. Совсем не хочешь. Не делай то, что не хочешь. Делай так, как чувствуешь. Хочешь стоять - стой. Хочешь упасть - упади. Хочешь смотреть - смотри. Хочешь не видеть - закрой глаза. Сделай так, как хочешь. Ты абсолютно свободен и у тебя есть власть делать так, как ты хочешь.

Я очнулся,- Ты даже не представляешь, как я устал. Держусь из последних сил. Хотя кажется порою, что и их уже не осталось.

-Не представляю. Я - не ты. Я - только часть. Устал, без сил, в яме, во сне, в кошмаре, на 13 -м этаже - но ты так же свободен каким был с самого начала. Поэтому ты можешь все, что хочешь. Как и было всегда.

Это я знаю,- говорил я,- понимаю, что вся тяжба моя иллюзия, которая существует, потому что я верю в нее, и долго нахожусь под властью этой иллюзии. Но все понимаю, но все также тяжко и не могу избавиться от этого наваждения.

Она взяла мою ладонь в свою руку и спросила, - Что я могу для тебя сделать?

Я ответил, что она уже и так делает, что может и даже больше, - я с каждым разом все глубже и глубже опускаюсь и рву все связи с миром. Мне пытаются помочь, но я прячусь. И периодически Бог кого - то посылает растормошить меня. Но я и тут ушел и закрылся. Теперь, судя по всему, эту нелегкую миссию ты взялась осуществить.

Она стояла на своем, - Ты хочешь ответить на мой вопрос?

- Я не знаю, что я хочу, чтобы ты сделала. Просто будь рядом и все.

Она гладила мою руку, - Ты все можешь. Ты свободен. И был, и есть, и будешь свободен. Я не буду ничего осуществлять. Ты не хочешь этого. Пока не хочешь. Я сделаю так, как ты хочешь. Можешь не прятаться. Все хорошо. Ты и так свободен. Устал ты не от себя. Ты раздели себя и то нечто, от чего устал. Тогда я смогу назвать тебя тем, кем ты есть.

Я молчал. Я понимал, о чем она говорит и только молча внимал ее словам. Они имели какое – то чудодейственное свойство. Они исцеляли шаг за шагом мою Душу. Они успокаивали ее, они обнадеживали ее, оживляли ее.

Так заканчивался еще один день, день разговоров, познания друг друга, день надежды. Наши встречи становились более частыми и долгими. И с каждым разом открывались новые и новые воспоминания, а вместе с ними и ясное видение картины жизни, или судьбы, если хотите. Наверное, самое яркое чувство, которое было у меня относительно Лизы, это очень распространенное у большинства влюбленных пар ощущения того, что знаешь своего партнера как – будто сотни лет. При том, что не прошло и несколько дней после знакомства. Так вот мое ощущение этого, было таким всеобъемлющим, что казалось, знаем мы друг друга, по меньшей мере, десятки миллионов лет.



- Я уже выкуриваю пачку в день, - весело она начала наш сегодняшний разговор, - Уже скоро брошу. Йоги говорят, что люди курят, чтобы заполнить дыру в сердечной чакре. Не помню ее название. Смешное такое. У нас почти все женщины курят. Значит все с дырами. С пустотой, в смысле, - Ее улыбка сменилась серьезным выражением лица, - Плохо мне очень, на самом деле. Очень-очень плохо. Поэтому не могу почти ничего, на что способна. Но это скоро закончится, наконец. Все пути выровняются. Твое - давно у меня сжато в несколько лет. С передышками. Чтоб совсем не потерять надежду. Умирать я тоже несколько раз хотела. Активно хотела. Ты можешь мне помочь или подсказать? Как сделать, что было не так больно? Чтоб это ушло? Или так невозможно? Нужно только пережить это? Что я могу сделать? Или что должна сделать? Или это тоже только я могу знать?

Я постараюсь взять на себя часть твоей боли, чтобы тебе было легче,- Я обнял ее. Я чувствовал, как ангелы кружили над нами, подставляли свои крылья под град стрел, направленных на нас. Где – то недалеко каркала ворона, свистел ветер и были слышны людские голоса, как будто ветер обрывками доносил до наших ушей чужие проблемы. Мы стояли молча, обнявшись, молчали. Прошло какое – то время. Все хорошо, – сказала она шепотом. Больше не нужно ничего забирать. Надо было простить. Злость, страх, обида, боль, обвинение – все, что держалось за непрощение - смогли уйти. Начало нового скоро. Уже, вернее. Посмотри. Чистый сосуд.

А мне как – то тяжко стало,- признался я, - похоже, все – таки, что то взял. Как будто плита бетонная на меня опустилась.

Все хорошо, - успокоила она меня, - И ты чувствуешь все, значит живой. Скажи мне. Как-то возможно объяснить это взаимодействие, связь между тобой и мной?

Я был немного безучастным, и не хотел верить в очевидное. В нашу глубокую связь, которую уже нельзя было игнорировать, - Не знаю наверняка, значит как - то связаны. Прошлые жизни и все такое, - ответил я. У нас много общих частей.



- У всех тех, кто встречался?

- Да, только чем больше было соприкосновений, тем больше обмен частями. Есть еще разные люди, но все части одного существа. Также между мужчинами и женщинами. Есть половинки, а есть просто части. Есть соединения на душевном уровне, есть на духовном, есть на божественном, а есть на всех сразу. Вот таких и называют половинками.

- Я плохо в этом разбираюсь. Сложно понять. Только знаю, что возвращаюсь "домой" –призналась она. Я пойду спать, очень устала сегодня.

Я отпускал ее в этот вечер, вроде, как и всегда, но все же что – то было иначе. Где – то очень глубоко, недоосознано, не понято, но было так, как – будто наша очевидная и очень сильная связь начала высвобождаться от каких - то наслоений, которые и закрывали очевидные вещи. Я начинал вспоминать. Не ум мой, а моя Душа. Я это называю безмолвным знанием.

Наступали холодные дни и этот холод как – то резонировала с холодом и тоской внутри. Дни сменялись, время шло, меня кидало из стороны в сторону, я был то грустен, то весел и беззаботен, порою мне хотел уснуть и больше никогда не просыпаться, и иногда мне хотелось прибежать к ней, обнять ее и больше никогда не отпускать. Никогда. Но наяву до этого дело не доходило. Мы также гуляли по городу, сидели в кафе, держались за руки, но я все так же был закрыт большей частью и делал вид, что я все тот же, мрачный и несчастливый человек. Порою я ловил себя на мысли, что я просто очень хороший актер и моя стихия это драма. О, как я играл реально. Мои глаза были настолько печальны, что некоторые люди, которые это замечали, говорили мне, что в моих глазах, как будто вся боль еврейского народа. Я смеялся над этим. Но внутри продолжал играть и искренне печалился, понимая, что шутка – шуткой, но для меня все серьезно. Драма. Откуда она появилась в моей жизни? Ведь вроде бы не было никаких предпосылок для этого. Не было в моей жизни по – настоящему тяжелых и трагических событий, все вроде было более- менее хорошо. А внутри драма или даже трагедия… Сумасшедшая усталость внутри от жизни, или от жизней. Ну да ладно о грустном. Сегодня было полнолуние, и мы с Лизой наблюдали это невероятно чудесное таинство, которое нам показывала луна.

- Посмотри, какая луна сегодня. Очень светлая ночь, - сказала она с нотками игривости в голосе. Я очень соскучилась. И я знаю, что будет дальше, - и она взяла мою руку.

- И что же?

- Ты тоже знаешь. Почему я о тебе знаю, а о себе - нет?

-Так всегда бывает, - ответил я,- У меня тоже так. Всем могу что - то сказать или помочь, полечить или еще что - то. А себе нет.

-Я теперь могу тебе сказать, о тебе сказать, тебе помочь, и даже полечить или еще что-то, - продолжила она.

- Это хорошо.

- Это порядок. Где-то что-то очень плохое происходит. Сейчас. Очень темное.

- Что ты имеешь в виду? – забеспокоился я.

-Не знаю что именно. Кто-то борется. И их много.

- Борьба света с тьмой?

Нет. Они все темные. Просто очень жестоко борятся за что-то.

Она помолчала какое – то время, - А если серьезно, то очень сложно держаться за то, что не видно глазами, но слышно сердцем. Сложно быть не в матрице. Вот что нужно знать: в самые темные и тяжелые часы, не моменты, а часы, когда ты будешь терять себя, я буду с тобой, и ты будешь это видеть. А видя меня, будешь снова видеть, и находить себя.

Я понимал, о чем она говорит, как никогда понимал, - Вот как раз сейчас такие часы, - я предположил.

-Я знаю, что сейчас такие часы. Поэтому я уезжаю в горы. Я там сильнее буду, чем здесь.

- Встретишь там новое время.

-Это только начало, ты же знаешь? Будет еще хуже.

- Да уж... самое темное время перед рассветом. Остаться бы в это время живым, - я нахмурил свои брови.

-А хочешь? - Она спросила так, как будто именно от нее зависела сейчас моя жизнь.

- Иногда да, иногда нет. Сейчас больше нет.

- Это хорошо. Я все время буду с тобой.

- Спасибо,- ответил я и обнял ее.


6092699064435862.html
6092736567725961.html
    PR.RU™